У многих экономистов есть основания для беспокойства об экономике Китая - будь то низкое потребление и большие внешние излишки, избыточные мощности промышленности, деградация окружающей среды или государственные вмешательства: такие, как контроль над движением капитала или финансовые репрессии. Однако многие из них не в состоянии признать, что все это лишь симптомы одной основной проблемы: перекоса в китайской модели роста, - пишет преподаватель экономики в Лондонской школе экономики Кейу Джин в своей статье для Project-Syndicate.

Эта модель, в некоторой степени являющаяся конструкцией с политической подоплекой, основана на том, что строительство и производство являются основными движущими силами экономического развития.

Сегодня склонность Китая к промышленному производству проявляется в крупномасштабных производственных и инфраструктурных проектах, которые стимулируются за счет прямых и непрямых государственных субсидий. Привлекая инвестиции и создавая налоговые поступления в бюджеты местной власти, данный подход быстрее оказывает положительное влияние на рост ВВП, нежели усилия по развитию сектора услуг. Одной из наиболее ярких особенностей этой модели является несоответствие между ростом ВВП Китая.

Проблема в том, что быстрый рост производительности труда в промышленном секторе уменьшает потребность нанимать большее число работников. Сектор услуг, напротив, испытывал гораздо более медленный рост - он был бы гораздо более эффективным в создании роста занятости.

Снижение доходов населения по отношению к ВВП стало еще одним следствием перекошенной модели роста экономики Китая. Китайским домохозяйствам мало что перепадает от преимуществ экономического роста.

Снижение заработной платы, финансовые репрессии и заниженный обменный курс субсидируют экспорт и производство в ущерб домохозяйствам, которые, таким образом, вынуждены экономить и ослаблять внутренний спрос. Разорвать этот круг будет непросто, однако не существует другого способа решить многие из наиболее острых проблем, стоящих перед экономикой Китая.